Исчезаю в весне

Исчезаю в весне,
в толпе,
в лужах,
в синеве.
И не ищите.
Мне так хорошо…
(АРВО МЕТС)

Всё не высказать, всех не обнять....

 Всё не высказать, всех не обнять,
потому-то я понял отныне, —
чтоб чужих и неблизких понять,
хоть родных надо сделать родными.
Но как будто мы любим родных!
Впрочем, любим, но странной любовью:
болен ею лишь тот, кто приник
в час прощанья хоть раз к изголовью.
Что любил? Бормотанье реки,
уходящего времени вздохи,
приближенье привычной тоски,
да касание милой руки,
да какие-то вечные строки.
Всё? Едва ли. Склоняясь ко сну,
глядя пристально в небо ночное,
вспомню всё, что ушло в глубину
и пускай остаётся в покое.

1967

(Станислав КУНЯЕВ) 

Чудо превращения....

Чудо переходящих одно в другое состояний, это чудо превращения вялой гусеницы, тупой куколки в нежно-прекрасную бабочку, глубоко трогало человека, стало для него подобием собственных душевных превращений, подарило ему надежду на то, что когда-нибудь он оторвется от земли и поднимется в озарённые светом сферы вечности
@ Э. Эппли

Утреннее обаянье...

* * *
Я желанием томим
От тебя не отлучаться,
Обаянием твоим
Непрестанно облучаться.
Чтоб не таял и не гас
Тот запас рассветный, ранний,
Чтобы не было у нас
Даже кратких расставаний.
Но тогда не будет встреч.
Без разлук — запомни это —
Трудно надолго сберечь
Свежесть утреннего света.
Этот мягкий добрый свет
Животворности исполнен.
Этот ультрафиолет
Исчезает в блеске полдня.
И ленивые лучи
Вечного благополучья
То не слишком горячи,
То порой не в меру жгучи.
А ещё грустней багрец
Потускневшего заката,
Означающий конец
Зорьки, вспыхнувшей когда-то.
И учусь я в час любой
Не страшиться расставанья.
И твоё беру с собой
Утреннее обаянье.
 (Яков Хелемский)

Я бережно твой образ извлеку....

ОНА:        Когда мне будет восемьдесят пять,       Когда начну я тапочки терять,       В бульоне размягчать кусочки хлеба,       Вязать излишне длинные шарфы,       Ходить, держась за стены и шкафы,       И долго-долго вглядываться в небо,       Когда все женское, что мне сейчас дано,       Истратится, и станет все равно -       Уснуть, проснуться или не проснуться,       Из виданного на своем веку       Я бережно твой образ извлеку,       И чуть заметно губы улыбнутся...

ОН :       Когда мне будет восемьдесят пять,       по дому буду твои тапочки искать.       Ворчать на то, что трудно мне сгибаться,       Носить какие-то нелепые шарфы       Из тех, что для меня связала ты.       А утром просыпаясь до рассвета,       Прислушаюсь к дыханью твоему       Вдруг улыбнусь и тихо обниму.       Когда мне будет восемьдесят пять,       С тебя пылинки буду я сдувать,       Твои седые букли поправлять       И взявшись за руки по скверику гулять.       И нам не страшно будет умирать,       Когда нам будет восемьдесят пять

Евгения Иванова

Boloria Dia (Перламутровка малая)

Парусник Подалирий, или Падалирий, или Парусник Iphiclides podalirius (Linnaeus, 1758)

Как много тобою пройдено....

 Мужчина женщине родина.

Мужчине женщина путь.

Как много тобою пройдено!

Родной, отдохни чуть-чуть:

вот грудь — преклони голову,

вот сердце — лагерь разбей,

и будем делить поровну

сухой остаток скорбей.

(Вера Павлова)